Der Spiegel (Германия): мы же не сумасшедшиe

In Эстония

Статья с таким заглавием появилась 02 февраля в немецком издании Шпигель, автор – Ян Пухл.

 Estland und die Russen: „Wir sind doch nicht verrückt“

Ein Drittel der Menschen in Estland gehört der russischen Minderheit an. Haben sie Angst vor einem Einmarsch Putins – oder wollen sie den sogar? Ein Anruf beim Journalisten Sergei Stepanov in Narva.

von Jan Puhl

Интервью перевёл с немецкого сайт inosmi.ru и оно вызвало раздражение у российских читателей – к вечеру следующего дня публикация набрала дизлайков в 12 раз больше, чем лайков. Оболваненные пропагандой Кисель ТВ всерьёз думают, что в Эстонии обижают русских, и любая другая информация, особенно из первоисточника, их просто раздражает. Особенно их удручает, когда сами русские из Эстонии смеются над насаждаемыми в России стереотипами.

Эстонские русские рады, что живут в ЕС и совершенно не хотят иметь хоть какое-то отношение к России, утверждает журналист Сергей Степанов в беседе с Spiegel. По его словам, условия жизни в России близки к КНДР. А проблема “неграждан” его не волнует.

Треть жителей Эстонии относятся к русскоязычному меньшинству. Испытывают ли они страх перед вторжением Путина или даже хотят его? Об этом мы поговорили по телефону с журналистом Сергеем Степановым из Нарвы.

Эстонский город Нарва находится на востоке страны на побережье “Западного моря”, как эстонцы традиционно называют Балтику. Наверное, Нарва — самый русский город Европейского союза: более 95 % его жителей говорят по-русски. Поэтому, когда Россия замахивается на территорию какой-либо соседней страны, иностранные журналисты традиционно звонят именно Сергею Степанову и спрашивают: “Не станет ли Нарва после Крыма или Восточной Украины следующей целью?”. Степанов работает радиокорреспондентом русскоязычной службы государственного эстонского радиоканала ERR, и этот вопрос действует ему на нервы.

“Конечно, нет. Эстонские русские рады-радехоньки, что живут в ЕС и совершенно не хотят иметь хоть какое-то отношение к России, — отвечает он. — Мы же не сумасшедшие”.

Степанову 54 года, он здесь родился. Как и у большинства эстонских русских, уже несколько поколений его семьи живут на берегу Западного моря. Во времена Советского Союза они приехали сюда на работу в качестве госслужащих или чиновников. После того как в 1991 году Эстония обрела независимость, они тут остались. Русские составляют треть населения Эстонии. В Латвии русских приблизительно столько же, и они тоже — граждане ЕС.

Русской сепаратистской партии нет

Степанов выучил эстонский язык, как и большинство представителей меньшинства. Более двух третей эстонских русских уже давно имеют эстонские паспорта, остальные имеют российские документы, но имеют право неограниченное время жить в Эстонии. Лишь маленькая группа, в основном старики, являются лицами без гражданства, но и они со своими “серыми паспортами” имеют право свободно перемещаться по России и ЕС. “Государство прилагает все усилия для нашей интеграции, — говорит Степанов. — Тут просто нет сепаратисткой партии, которая, например, агитировала бы за присоединение к России”.

Чтобы попасть в Россию, Степанову достаточно перейти по мосту через реку Нарва: “Мы хорошо знаем, как там обстоят дела. Эстонские русские в курсе, настолько трудна там жизнь. Социальная система в плачевном состоянии, в больнице за все приходится платить. Кроме того, мы видим, что страна при Владимире Путине медленно превращается во вторую Северную Корею. За неверный пост в Интернете ты можешь угодить в тюрьму. Если Путину придет в голову, как в Крыму, раздавать тут российские паспорта, то никто это гражданство у него не возьмет”, — считает Степанов.

Трудное прошлое

Такими благостными, как он описывает, отношения между эстонцами и русскими были не всегда. Эстония сильно пострадала от своего огромного соседа: в 1939 году после заключения пакта Молотова-Риббентропа советские войска оккупировали Эстонию. После советской оккупации сюда пришел вермахт, а в 1944 году вернулась Красная Армия. Тысячи эстонцев были убиты, заключены в тюрьмы или сосланы в Сибирь. И после провозглашения независимости Россия не успокоилась: в 2006 году подстрекаемые Москвой погромщики вдруг принялись бить витрины и поджигать уличные заграждения в центре Таллинна, потому что парламент принял решение перенести бронзовый памятник советскому солдату в другое место. В 2007 году Эстония одной из самых первых стран стала целью исходящих из Москвы кибератак. До сих пор Россия практикует мелкие провокации против прибалтийской республики, как будто не может смириться с независимостью страны с 1,4 миллионов жителей: военные самолеты нарушают ее воздушное пространство, устраиваются перебои на телефонных линиях. Русские чиновники мешают деловым связям, российская таможня издевается над эстонскими импортерами.

Но правительство в Таллинне не мстит за это русскоязычному меньшинству. Напротив, после аннексии Крыма в 2014 году государство и общество особенно бережно относятся к русским. Это выражается не только в том, что государственные средства массовой информации увеличили количество программ на русском языке. Русским предлагают языковые курсы, правительство реализует программу с целью нивелировать качественные различия между эстонскими и русскими школами. В 2018 году эстонский президент Керсти Кальюлайд временно перенесла свой офис в Нарву, чтобы показать русскоязычным гражданам, что они — часть эстонского общества. Этот сигнал был услышан: двумя годами позже горожане наконец-то выбрали мэром эстонку — историка Катри Райк.

“Действительно, нельзя сказать, что нас здесь дискриминируют”, — говорит Степанов. Он говорит, что не слышал ни об одном случае, когда эстонцы как-то обидели бы русского, вымещая свой страх и возмущение путинским бряцанием оружия на границе с Украиной на русских согражданах.

А вот националистический угар, сопровождающий концентрацию российских войск в путинских государственных СМИ, в Нарве ни на кого не действует. “Понятно, что многие смотрят российское телевидение и потом говорят, например: наверное, Путин хорош для России, но не для нас”, — делится наблюдениями Степанов. По его мнению, у здешних людей и без того забот хватает: например, растущие цены на газ и электричество. “А вот Украина для большинства — это страна, которая находится где-то очень далеко”.

Kokkuvõte: Narva ajakirjanik Sergei Stepanov andis intervjuu saksa kuulsale väljaandele Der Spiegel, kus Eesti venelane naerab välja Venemaal Kremli propaganda poolt Eesti kohta loodud bõliinasid sellest, et venelasi diskrimineeritakse. Stepanov kinnitab, et venelased Eestis on õnnelikud, et elavad Euroliidus ja ei taha teha Venemaaga mitte mingit pistmist, „sest me pole ju peast põrunud“. Teda mittekodanike probleem ei huvita ja ta väidab, et Vladimir Putini juhtimisel muutub Venemaa sarnaseks Põhja-Koreaga. Et Venemaal võib lihtsa internetikommentaari pärast sattuda vanglasse. Ja et kui Putin hakkaks Narvas jagama vene passe, keegi vene kodakondsust ei tahaks. Sergei Stepanov kinnitab, et pole kuulnud mitte ühestki juhtumist, kui eestlased oleksid venelasi ahistanud. Et pronksiööl hakati rüüstama poode ja Tallinna linna justnimelt Moskva ässitusel, et Kreml korraldab igasuguseid provokatsioone, rikub pidevalt õhupiiri, vene ametnikud mõnitavad eesti importijaid ja takistavad ärisidemete loomist kahe riigi vahel. Narva ajakirjanik tuletab meelde ka seda, mida korraldati Eestis okupatsiooni ajal, räägib küüditamistest ja ohvritest. Loomulikult tekitas intervjuu Venemaa kommentaatorites viha, sest nad on harjunud hoopis teise pildiga Eestist: et seal rahvas nälgib, võimul on fašistid jne. Isegi Sergeid ennast nimetati fašistiks.

Mobile Sliding Menu