Шесть колонн Тартуского Университета

In Эстония

Когда речь заходит о «пятой колонне» – а заходит она в последнее время часто – лично я представляю себе теперь бесконечную колонну танков дулами на Киев. Это, конечно, влияние войны в Украине, где число таких колонн точно не подсчитано хотя бы в силу того, что всё время происходит какая-то перегруппировка, да и защитники страны время от времени вносят свои коррективы при помощи Джавелинов.

Когда меня попросили сформулировать своё видение «пятой колонны», именно этот образ пришёл в голову в первую очередь.

А потом вдруг подумалось: я родился и учился в Тарту, в университетском городе – интересно, сколько у главного здания Тартуского Университета колонн? Смутно помнилось, что не очень много, как раз где-то в районе пяти. Поискал в интернете – шесть. В любом случае в новом учебном году «пятой колонны» из России и Белоруссии там не будет, как бы ни ворчала представительница великой семейной династии свергателей Эстонской Республики Марью Лауристин. И опять, даже в связи с Лауристинами-Алликами не приходит в голову понятие именно «пятой колонны» – скорее именно «династии». Были династии рабочих (токарей, каменщиков и т.д.), которых революционные выскочки строили именно в колонны и посылали бить стёкла, интеллигенцию, свергать контру, отнимать хлеб у крестьям и устанавливать разруху, которую так детально описал профессор Преображенский.

То есть колонна в данном контексте – это скорее весьма бесхитростные люди, выстроенные на плацу или в структуре общества в некую зависимую от идейного вожака полумогучую кучку, которой непосредственно командуют туповатый воинственный генерал, обиравший членов этой же «общины» мздоимец-соотечественник из Маарду, или как кукла надетый на лапу глубинного государства недоминистр-полумасон.

Ну никак не дойти до «пятой колонны» в виде трудолюбивых, аки пчёлы, ласнамяэсцев, воинственных только в случае, если одно из «персональных» мест трёх машин одной семьи девятиэтажного панельного дома окажется занято одной из двух машин нахального соседа «победнее». А так – уже давно чистые подъезды, в большинстве нормальные соседи, среди которых есть даже эстонцы и родственники таксиста-козлодуева.

Для того, чтобы в очень даже благополучном Таллинне образовалась «пятая колонна», у нас слишком высокий по всем меркам уровень жизни, сколько бы ни бурчали и ни жаловались от имени жителей высокооплачиваемые политики, озабоченные длиной «колонны» своих избирателей в свете приближающихся выборов.

Сегодня заместитель генерального директора КаПо Мартин Арпо заявил в утренней передаче Викеррадио: «Никакой пятой колонны в этом смысле в Эстонии нет.» Как пел Высоцкий, «жираф большой, ему видней». Мартин Арпо признаёт наличие «прокремлёвских лиц» и «таких групп поменьше», которые «в действительности не имеют сколь-либо широкого влияния в обществе.»

Тут соруководитель нашей полиции безопасности явно поделикатничал: если заглянуть в результаты последних выборов, где могли голосовать и граждане России, и неграждане, то можно заметить, там никаким, даже нешироким влиянием, и не пахнет; что нарсоюзники, в колонну которых сбились «соотечественники», защитники школ, остатки дозора и прочие прокремлёвские деятели, получили смехотворные баллы избирательского жюри: из наиболее «известных» Владимир Ильяшевич получил 9 голосов, Александр Коробов – 13, Алиса Блинцова – 34, Дмитрий Сухорослов – 48, Мстислав Русаков – 74 голоса. Уточним, что голосовали все постоянные жители Эстонии, включая российских граждан и неграждан. И именно такое конкретное число жителей Эстонии эти деятели представляют, а не «треть» населения Эстонии. Даже Евгений Криштафович набрал больше.

Да, представители активного меньшинства всегда могут попытаться облапошить пассивное большинство, запугать и разозлить его, как уже десятилетиями делала двоякодышащяя (земноводная) центристская партия перед каждыми выборами. Но, на мой взгляд, эстонское общество в этом отношении гораздо честнее.

Вообще в русском языке понятие «пятая колонна» принято употреблять главным образом в кавычках, чтобы подчеркнуть: мы не имеем дела с истиной в последней инстанции. К колонне сей относят политические группировки, противодействующие политике государства – у нас есть пара таких эмбрионышей, и это всё. «Засланные казачки» и интернет-тролли всегда были, есть и будут везде. Но дурак разве что обменял бы неплохую жизнь в Таллинне на выживание в мариупольских развалинах, этого меньше всего хочет и находящаяся у руля столицы русскоязычная верхушка.

К пятой колонне относят по определению и террористов, которых у нас, в отличие от того же Парижа, нет. Некоторые политологи считают, и не без основания, что понятие «пятой колонны» в контексте постсоветского пространства связано и с пресловутой графой номер 5 для указания национальности в формуляре Личного листка по учёту кадров паспортных органов МВД СССР, то есть с так называемым еврейским вопросом.

У нас в паспорте национальность указывать не надо. И, как в «Золотом телёнке», евреи у нас есть, а еврейского вопроса – нет. И вообще, авторство термина «пятая колонна» приписывается испанскому генералу Эмилио Моле, командовавшему армией франкистов в ходе гражданской войны. Ну не франкисты мы, и не испанцы мы, не кочегары мы, не плотники…

Так что лучше вспомним Александра Градского и кирсановские строки в его исполнении: «Сон как мох в древних колоннадах…»

Иван Макаров

Mobile Sliding Menu