Обозреватель Эха Москвы Антон Орехъ: «Он прилетел, но обещал вернуться»

In Мнение

17 января обязательно кто-то должен вернуться на родину, рискуя свободой – это, видимо, новая традиция на бывшем советском пространстве. Но между возвращением Навального и Порошенко, кроме этого факта больше нет почти ничего общего. Порошенко смог получить паспорт и пересечь границу, его самолет сел там, где должен был сесть, и лайнер не гоняли по аэропортам, доставляя неудобства сотням людей, лишь бы нагадить одному конкретному пассажиру. Порошено смог выступить перед своим сторонниками и отправился в настоящий суд, а не в полицейскую каморку с портретом палача Ягоды. Бывший президент Порошенко мог себе позволить даже поспать во время заседания. А для нас странно звучит само словосочетания «бывший президент». Потому что у нас и бывший, и настоящий, и будущий президент – это одно и то же лицо.

А будет ли Навальный президентом когда-нибудь, мы с вами сейчас и гадать не станем, потому что выросло целое поколение, которое родилось при Путине и уже рожает при нем собственных детей. В контексте этой бесконечной эпохи год, прошедший между двумя 17-ми января, в России не кажется большим сроком. Но этот быстро пролетевший год окончательно лишил нас остатков всех иллюзий. Навального посадили. Посадили за то, что не смогли убить. Алексей решил, что убеждения для него важнее личной свободы. И пока десятки его соратников и сотни других неугодных власти людей покинули родину – возможно, навсегда – он сидит свой фактически пожизненный срок в колонии. Демократической оппозиции в России не осталось. Почти не осталось независимой прессы. Любая публичная протестная активность запрещена. Закрыты все каналы для общения власти с думающими людьми и заткнуты все клапаны, через которые могло бы спокойно выходить недовольство. Вместо этого оппонентами власти стали толпы дремучих граждан, боящихся чипирования. Такая теперь в России оппозиция.

Будущее власти в России зависит от того, как скоро сработает запущенный ею самой механизм саморазрушения, а наше будущее зависит от радиуса, на который будут разлетаться осколки. Возвращение Навального все эти процессы максимально обострило и ускорило. Навальный повел себя геройски, но героев в России нынче мало. Миллионы людей просто существуют на нашей территории и просто ждут, когда и чем это всё закончится. А Навальный даже в тюрьме остается более свободным, чем те, чья формальная свобода не ограничена ни временем, ни пространством

Kokkuvõte: Kõik illusioonid on purunenud. Venemaal pole enam demokraatlikku opositsiooni, peaaegu et pole enam sõltumatut ajakirjandust, on keelatud igasugune protestiaktiivsus. Navalnõi pandi vangi selle eest, et teda ei õnnestunud ära tappa. Tema karistus on praktiliselt eluaegne.

Mobile Sliding Menu