Выбрала думу родная страна. Грустную думу наводит она…

In За рубежом

Президент России Владимир Путин, выступая на «Российской энергетической неделе», высказался о СМИ, которые финансируются государством и при этом критикуют его. В качестве примера он привёл радиостанцию Эхо Москвы, финансируемую Газпромом:  «Она занимает крайние позиции по любому вопросу. И каждый второй имеет там иностранный паспорт или ВНЖ. Работает, ничего», — заключил Путин.

Журналист Александр Невзоров, комментируя в эфире Эха Москвы ситуацию в российской власти, заметил, что если Путин потеряется в тайге, то не надо его искать, потому что «есть президенты, которых лучше больше не находить».

“Состоялась процедура опознания депутатов. Все тела были опознаны в соответствии протоколом, рассажены в правильных позах в зале на Охотном ряду. Поделены на такое понятие «врагция». Осиновые колья были все извлечены, подписаны, сданы под присмотр ФСО. Потому что все-таки ковид, и пользоваться даже самым матерым вурдалакам, всяким заслуженным зомби России чужим осиновым колом, наверное, не следовало.

Это давно мертвая Дума. В основном собрались те же самые персонажи, которые слово «закон» сделали самым смешным словом в русском языке, наши вампирушки. И конечно, очень многих уже нет. И Кобзон, как бывало, не споет уже на открытии, а сейчас бы он, вдохновившись подвигами тюремщиков России, мог бы спеть, что «наша Дума пахнет швабрами». Но все было очень буднично. Высказалась мадам Терешкова. Причем продемонстрировала, что космос для нее не прошел бесследно. И было ощущение, что она прямо от лица абсолютного нуля произнесла несколько слов. Я удивляюсь, если такая пошла зацикленность на теме космоса, и пребывание в космосе так много обеспечивает человеку почета и славы, то конечно, очень жалко, что Белка и Стрелка не дожили до 8-го созыва Думы, потому и эти две сучки тоже, они первопроходицы космоса и тоже могли бы открыть заседание. И если бы до этой прекрасной минуты дожила бы Белка, то легко представить, она была бы уже старой накрашенной сукой, украшенной медалями и, наверное, могла бы сделать это еле шевелящимся языком, наверное, не хуже. Белку посадили бы в президиум, все бы плакали от умиления, потому что вспоминали время самых первых космонавтиц, те времена. Это же все героическая история советского космоса. Но к сожалению, чучело белки в Музе космонавтики, а не в президиуме.

В общем, стало уже понятно окончательно, что в России все-таки – и это не домыслы – действительно самая лучшая, самая современная, самая надежная избирательная система в мире. Потому что для проведения полноценных выборов нужен всего один избиратель. Этот избиратель поймает карандаш, сделает пометочку в своей книге мертвых, кого надо впишет, кого надо выпишет. Все это в соответствии с традициями верхней и нижней России. Он смотрит добрым глазом на скарабеев, которые ползают вокруг его мумии – там скарабеиха Голикова, скарабей Мишустин – и другие всякие священные навозные жуки Кремля. Причем отдельные извращенцы, как я понимаю, имели возможность это все наблюдать в прямом эфире.

У Государственной думы – хочу серьезно с вами поговорить – 8-го созыва очень все непросто. Скажем так, сложнее, чем у любого другого созыва. Потому что у нее крайне тяжелая, очень трудновыполнимая миссия: ей предстоит, естественно, испортить жизнь примерно 140 миллионам человек. И в этом не было бы ничего сложного для такого состава Думы, если бы эта жизнь уже не была испорчена. Потому что найти в России чего-нибудь неиспорченное очень сложно, практически нереально. Но надо. И понятное дело, что найдут. Именно для этого потребуется высочайшая квалификация, и она у них есть. Например, с той же самой гражданской авиацией региональной. Вот понятное дело, что еще не все самолеты внутренних межобластных рейсов упали. Есть какие-то 40-летние, 50-летние борта-пенсионеры, у которых крылья связаны проволокой, бечевками, а фюзеляжи заделаны кровельной жестью и шифером. Но они еще летают, возят граждан по регионам там, где не предвидится, и нет никаких дорог.

Думе, наверное, предстоит придумать какую-то фигню, чтобы упали, наконец, все, и русофобские разговоры, умаляющие величие России про самолеты для народа, прекратились бы сами собой.

Вот с трущобами, наконец, разобрались. Примерно 20% россиян в трущобах действительно ютилось. Путин твердо сказал, что их надо переселить из этих трущоб, и очень сочно подчеркнул слово «трущобы». И их действительно всех переселили. Вот один волшебный щелчок пальцами – и никаких трущоб нет. Теперь вы не найдете их нигде в России. Теперь все эти разваливающиеся, заваливающиеся без стен, без крыш, без отопления и канализации строения называются домами ограниченной пригодности. Но жить в них, как выяснилось, можно и нужно. И неудивительно, что разрешили жить в этих гнилых, разваливающихся домах, потому что и государство тоже, в общем, мягко говоря, кривое и разваливающееся. Только вот фасадик, который держит на себе Путин, но все равно все понимают, что завалится.

Причем это не только жилой фонд. Пришла очень милая новость с Алтая. Там сорвало крышу психиатрической больницы, но пациенты были жутко рады и сообщили, что будут восстанавливать сами. Один пациент считает себя альпинистом, другой уверен, что он монтажный молоток. И сейчас выясняется, есть ли среди больных те, кто считает себя кровельными гвоздиками. И вот вперед, за работу. Они направятся эту трущобу психиатрическую на Алтай чинить. Вероятно, и там все быстро сделают.

Но я вспоминаю времена, когда Дума действительно в мою бытность была абсолютно живой, как по ней бегал в накладных пластмассовых сиськах депутат Марычев. Там было практически один раз – Рыбкин согласился на мое предложение провести заседание голой Думы. Это было очень веселое место свободы. Там ржали над глупостью власти. Выручали обиженных. Закрывали дерьмовые уголовные дела. Стебались над премьером. Там были всякие драчуны, задиры, прогульщики.

Да, я это слово произношу с собой гордостью, потому что если бы все были прогульщиками, представьте себе, насколько было бы легче жить в этой стране, сколько идиотских репрессивных законов не было бы принято и сколько бы всякой ахинеи не получило бы своего хода. Вот президент, кстати, неплохо, если бы он был прогульщиком. Вот пропал, заблудился в тайге. Все знают – и никто не ищет. Причем мы точно знаем, что есть президенты, которых лучше больше не находить. Вот один раз потеряли, и все. И не надо никаких вертолетов, шуметь не надо, медведей пугать. Пусть сидит себе на муравейнике в позе роденовского мыслителя и думает себе всякие тяжкие геополитические думы, пока не сожрут его до панамы.

Я, кстати, посмотрел его, Владимира Владимировича конференцию-интервью. Там очень занятная тётка, которая прямо текла, сглатывала и облизывалась каждую секунду. А он, конечно, показал такой класс лицемерия, такой уровень полированной, рафинированной лживости, что я аплодировал и завидовал даже, честно говоря.

Короче говоря, в переводе: открылась Дума – и теперь каждый россиянин, когда подаёт налоговую декларацию, в графе иждивенцы или нетрудоспособные имеет право вписывать: Терешкова, Жириновский, Резник, Валуев. Потому что всю эту братию содержим мы. Они все равно об этом забывают. И очень хорошо бы было, когда выступает кто-нибудь из депутатов, пускать бегущую строку под его физиономией с обозначением, во сколько он уже обошелся…»

Kokkuvõte: Putin sisuliselt ähvardas Ehho Moskvõ raadiojaama, väites, et nad on riigi suhtes äärmiselt kriitilised ja et igal teisel töötajal on seal välispass. Aleksandr Nevzorov vastas eetris, et kui Putin läheb koos Šoiguga jälle taigasse ja kaob seal, pole vaja teda otsida, „kuna on presidente, keda parem on rohkem mitte üles otsida“. Ja soovis, et Putin istuks seal sipelgapesa otsa ja vegeteeriks, kuni sipelgad söövad teda panamani ära. Ülalolev jutt on lausutud otse-eetris peast. Mees on geniaalne – hulljulge, Hašeki huumorisoonega ja tohutute teadmistega teadlasest ajakirjanik.

Mobile Sliding Menu